Времена года

Баллада о хлебе

Я помню: мы вышли из боя
в разгар невеселой поры,
когда, переспевшие, стоя
ломались хлеба от жары.
Ни облака в небе, ни тучи.
Не чая попасть на гумно,
слезой из-под брови колючей
стекало на землю зерно.
Солома сгибала колени,
как странник, уставший в пути..
В Ивановке — местном селенье —
Иванов — шаром покати!
Авдотьи кругом да Орины,
короче — солдатки одни.
И видим: еще половины
хлебов не убрали они.
Уставшие — шли не с парада,—
не спавшие целую ночь,
мы все же решили, что надо
хоть чуточку бабам помочь.
И тут же, по форме солдаты,
душой же все те ж мужики,
мы сбросили пыльные скатки,
составили в козлы штыки.
И в рост — во весь рост!-
не сражаться
пошли,— нетерпеньем горя,
пошли со снопами брататься,
в объятья их по три беря.
Мы вверх их вздымали, упрямы,
и запах соломы ржаной
вдыхали, хмелея, ноздрями
на поле, бок о бок с войной.
И диву давались: когда-то,
еще не начав воевать,
от этакой вот благодати
мы даже могли уставать...
Сейчас же все боле да боле
просила работы душа.
И мы продвигались по полю,
суслоном чубы вороша.
Мы пели б —
наверное, пели б,—
работу беря на «ура»,
когда бы ребят не жалели,
схороненных нами вчера.
Им было бы так же вот любо,
как нам, наработаться всласть,
и сбросить пилотки, и чубом
к снопам золотистым припасть.
Вдохнуть поостывшего зноя
и вспомнить на миг в тишине
родимое поле ржаное,
и, может, забыть о войне.
Забыть, что фашист наседает,
забыть, что у края жнивья
винтовка тебя ожидает,
а вовсе не женка твоя.
Но было забыть невозможно.
Платки приспустивши до глаз,
тоскливо, печально, тревожно
глядели солдатки на нас.
Им виделась жатве иная...
Они из-под пыльных платков
глядели на нас, вспоминая,
конечно, своих мужиков.
А мы все ломили работу,
носились, не чувствуя ног,
седьмым умывалися потом
в последний, быть может, разок.
И слепли от этого пота,
и очень боялись, вот-вот
раздастся жестокое: «Ро-та!»
И все, словно сон, оборвет.

Сергей Викулов

Просмотров: 1468

Битва за хлеб

Битва —
это не бой,
не сраженье,
это целой судьбы
поворот
и такого напора движенье,
что на Чуди
не выдержал лед.
Слово «битва» —
из самых рисковых -
в бородинских
чугунных орлах,
в сталинградских
полях, Куликовых
и в целинных
пшеничных полях.
Столько звезд
на комбайнах недаром,
как на летных машинах
войны,
неспроста
хлеборобам ударным
эти звезды,
как факты,
даны.
И шофер,
что ребенком в блокаду
только чудом
совсем не угас,
не клянется в любви
Ленинграду,
но зерниночке
выпасть не даст.
А сынок его
топает в школу,
наблюдаючи,
как из ворот,
из пекарни
просторным,
веселый,
вкусный запах
машина везет.

Феликс Чуев

Просмотров: 201

Хлеб «Победы»

1
Опять уборка грянула, как бой,
Стоят хлеба где в рост, а где по пояс.
Я, с земляками связанный судьбой,
В знакомое мне с детства еду поле.
...Здесь вдоль дороги громкие щиты:
«Дадим стране...». И в цифрах пятизначных
Труд хлеборобский, светлые мечты,
Терпение, ну и еще удача.
И радость у людей, горит в глазах,
И пахнут автострады новым хлебом.
А ведь недавно здесь была гроза,
И рушилось на землю в гневе небо.
Но вышел хлеб, в невзгоду устоял,
Поля надели золотые шапки.
И, гордости законной не тая,
Бросают земляки в атаку жатки.
2
Передний край ползет через поля
И села огибает у околиц.
Скажи, красногвардейская земля,
Кому за труд ты кланяешься в пояс?
Внимательней в историю вглядись
И каждому за труд воздай отдельно.
Здесь до зари с зари мой дед ходил
За плугом по клочку земли надельной.
А помнишь тех, ушедших в бой-крестьян,
Деникинской не уступивших силе?
И до сих пор они в земле грустят
О том, что хлеб для нас недорастили.
И, глядя на степные корабли
Из обелиска — вечной славы дома,
Молчит Евглевскии, комиссар земли
Ладбалковского первого ревкома.
Они пришли, герои прошлых лет,
Стоят у края поля с нами вместе.
И видят, как заколосился хлеб,
И слушают стальных моторов песню.
А эта песня набирает ширь.
В полях «Победы» и больших, и ровных
Плывут комбайны «Колос» и «Сибирь»,
Похожие на роботов огромных.
Комбайнеры! Как много теплых слое
Хочу сказать я этим хлебным летом
Вам, Александр Васильич Курасов,
Вам, комсомолец Юрий Михайленко.
И «молнии» зовут равняться всех
На вас, Андрей Васильич Воротынцев.
Семнадцать лет приходит к вам успех,
Назвали вас «профессором» пшеницы.
Шоферы! С темноты до темноты
Вы трудитесь, о плане беспокоясь.
Умелец Николай Непочатых
Ведёт по трассе целый автопоезд.
И как всегда не скажет лишних слов
Пётр Андриади -опытный водитель.
Спешит вчерашний рядовой Хамлов,
На новичка в работе заглядитесь.
А на токах движенье, как в порту,
Плывут в машины золотые горы.
У многих «ИВ», белеет на борту –
Отличные в Иваново шоферы!
Ни днем ни ночью не берет их сон,
Как будто дух усталости неведом.
По девятьсот, а то и больше тонн
Вывозит в сутки Родине «Победа».
Едва комбайны клетку дожуют,
Выходят трактора в поля большие,
Одни солому тащут по жнивью,
В лущильники впрягаются другие,
И вот уже огромный косогор
Очищен весь потемнел, как вечер.
С друзьями пашет дядька мой Егор,
Чей труд недавно орденом отмечен.
Ползут машины сутками пыля,
И в воскресенье пашут, и в субботу,
Пусть отдохнут до осени поля,
А там опять за трудную работу.
3
Такое и случается нечасто,
Но факт есть факт, не обойти его.
Все хлеборобы первого участка
Учителя имеют одного.
Был Сериков Григорий щедр душою,
Любить учил профессию свою.
И хоть формально на покой ушел он,
Фактически все так же был в строю.
Опять готовил свой «СК-4»,
Над каждою деталью колдовал.
Но только вдруг болезни, словно гири,
Нависли, не пустили, за штурвал.
И вместо поля — мрак больничных ставен,
Микстуры, процедуры и покой.
Но сердцем все равно сейчас наставник —
С ребятами, над хлебною рекой,
И если кто-то держит путь в правленье,
В больницу на минуточку зайдет,
Чтоб пожелать ему выздоровленья
И коллективный передать отчет. . .
...Шестой участок все в колхозе хвалят,
И вот его поля бегут, лучась.
В тени лесопосадки отдыхают
Комбайнеры, чья смена — через час.
В газете пишут строки о прогнозе,
Ни гроз сейчас не надо б, ни ветров.
Мне руку жмет старейшина колхоза
Сам Алексей Васильич Димитров.
Он прожил жизнь и честно, и со славой,
В ней много замечательных страниц,
И вот теперь с улыбкою лукавой
Вопрос мне задал старый коммунист:
— Как на других участках с урожаем?
А на моем плохи дела, браток,
Никак зерна скопить не успеваем –
Сейчас девчата подмели мехток.
Вот это темпы! Не один, а десять
Комбайнов спин не могут разогнуть.
А на току все успевают взвесить,
Очистить и отправить снова в путь.
И мне хотелось поклониться низко
Всем, кто пришел в поля и на тока,
Им, беспартийным или коммунистам,
Незаменимым нашим старикам.
4
А Леонид Семенович Калугин
Опять сегодня не смыкает глаз.
И по ночной ладбалковской округе
Спешит его видавший виды «ГАЗ».
Не верится: уже четыре года,
Как молодому сдав свои права,
Ушел Матвей Терентьевич Нефедов,
История села и голова.
Ну, скептики, конечно, срыва ждали—
Наследник тихий — вмиг дела сомнут.
Да, правда, школа — с золотой медалью,
Да, правда, за плечами институт…
Колхозники теперь гордиться вправе:
Не «обломался» от больших забот.
И овцекомплекс — самый первый в крае,
И ферма для откорма — как завод.
Но больше всех одной мечтой захвачен:
Пшеница — и отрада, и печаль.
И центнеров по тридцать, не иначе,
Мечтает он с гектара получать.
И год от года тяжелеет колос,
И пыльным бурям больше не мести.
Встают квадраты новых лесополос -
Союзники калугинской мечты.

Просмотров: 224

Хлеб России

Хлеб России, ты теплый, как русская печь!
Хлеб России, ты добрый, как русская речь!
И пускай мы не хлебом единым живем,
Все равно о тебе мы с любовью поем.
Хлеб России — с тобою беда — не беда.
Хоть горчила порою в тебе лебеда,
Не кривили мы скулы от горечи той,
Мы бедовые, сладим с любою бедой!
Хлебом-солью встречает гостей мой народ,
Ну, а если к нам кто-то незванным придет,
Мы не хлебом приветим его, а огнем,
И в полях затеряется память о нем.
Русский хлеб, ты хозяин на щедром пиру.
Я в ладони тебя, как святыню, беру.
Я не думал про славу, ворочал пласты,
Я сегодня по праву с тобою на «ты».
Хлеб России, ты теплый, как русская печь!
Хлеб России, ты добрый, как русская речь!
Я осилю с тобой все пути и года,
Не приешься ты мне никогда, никогда!

Просмотров: 190
Рейтинг@Mail.ru
Яндекс.Метрика